• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
12:39 

Разговор в раздевалке

Вселенная без меня уже не та... (с)
- Майя, а ты "Гарри Поттера" смотрела?
- Смотрела.
- А ты знаешь, что твой папа похож на Сириуса Блэка?

@темы: Baby girl, Harry Potter

11:54 

Вселенная без меня уже не та... (с)
Мне вот что-то стал интересен вполне серьезный вопрос. Что будет с женским спортом, особенно скоростно-силовыми его видами, когда трансгендерность станет обыденным делом, и среди "спортсменок" появятся вполне себе с биологической точки зрения мужчины?

@темы: Random thoughts

22:07 

Вселенная без меня уже не та... (с)
Перевожу книгу Стэна Ли. Пожалуй, это даже круче, чем про Камбербэтча.

21:40 

Флэшмоб

Вселенная без меня уже не та... (с)
Получен от nemv. Салить никого не буду, сразу говорю :)

Правила: Время раскрывать секреты! Поведайте 5 случайных фактов о себе, 4 из них должны быть правдой, 1 - выдумкой. Можете не признаваться, который факт был придуманным, или рассказать, если кто-то об этом спросит.

1. В далеком детстве я участвовал в сеансе одновременной игры с Михаилом Талем.
2. Я впервые взял в руки электрогитару в 19 лет.
3. Я играл в мини-футбол против дублеров московского "Спартака", и они мне не забили.
4. Однажды меня приняли за старшего брата собственной дочери.
5. У меня была двойка в четверти по литературе.

Upd. Неправда - про Михаила Таля. Я, конечно, в 1992 году, когда он умер, уже играл в шахматы и даже имел детский разряд, но вот лично с ним не встречался никогда.
Про остальное - спрашивайте, расскажу :gigi:
запись создана: 28.09.2015 в 23:59

Вопрос: Что неправда?
1. Про Таля  6  (17.65%)
2. Про гитару  7  (20.59%)
3. Про футбол  3  (8.82%)
4. Про дочь  7  (20.59%)
5. Про двойку  11  (32.35%)
Всего: 34

@темы: Testen und Moben

19:52 

Подражание Томасу Лиготти. Можно сказать, хоррор.

Вселенная без меня уже не та... (с)
Письма


Во многом мне в жизни повезло больше, чем другим. Я сам, конечно, не слишком стремился это признавать, потому что всегда искал тех, кому повезло еще больше. То был, наверное, защитный механизм, предостерегавший мое излишне, быть может, подвижное и текучее сознание от застоя и заболоченности.


Я имел возможность, которая была бы недоступна мне, родись я на пару десятков лет раньше — об этом я жалел тогда, когда не жалел, что не получил в наследство пару десятков тысяч каких-нибудь особо ценных денежных единиц. Благодаря компьютерным сетям я мог, найдя книгу, статью или даже песню, которая облекала в четкие и понятные слова те неясные образы и обрывки мыслей, что вертелись где-то на периферии моего излишне подвижного и текучего сознания, написать автору по электронной почте или посредством новейшего достижения цивилизации — социальных сетей, чтобы выразить ему признательность и, быть может, даже вступить в более подробную переписку. Я воспринимал это как нечто само собой разумеющееся и, конечно, даже и не думал чувствовать благодарности за то, что мне не приходится, как если бы я родился в поколении собственных родителей, долго выяснять адрес автора, что само по себе было довольно безнадежной задачей, особенно если он жил в другой стране, а затем отправлять еще более безнадежное письмо в бумажном конверте, чтобы через несколько месяцев дождаться унылой отписки с сухой благодарностью от официальных представителей, в лучшем случае собственноручно подписанной автором.


Итак, вместо того, чтобы радоваться не существовавшей никогда ранее возможности оперативно связаться с единомышленником, выражавшим мои мысли лучше меня самого, я раз за разом испытывал огорчение, через несколько дней или даже часов получая отписки с сухой благодарностью, хотя бы (как хотелось верить) собственноручно набранные на клавиатуре. Впрочем, куда больше меня угнетала странная, словно издевательская тенденция: стоило мне восхититься автором книги, статьи или песни и начать втайне надеяться на плодотворное сотрудничество, как тут же словно бы из ниоткуда появлялся некто, на мой искаженный горечью и гневом взгляд, намного менее достойный и, не прилагая никаких заметных усилий, благодаря совершенно нереалистичной цепочке случайных событий, считавшихся дурным тоном во всех повествовательных жанрах еще задолго до появления каких-либо видов экранных развлечений, получал то, на что надеялся я. Предотвратить эту прискорбную с моей точки зрения тенденцию возможным не представлялось: сценарий срабатывал с раздражающей регулярностью, а триггером для него становился момент, когда вместо объекта поклонения я начинал воспринимать автора как единомышленника и потенциального товарища по работе или даже друга. Не помогало ни полнейшее (конечно, не без привкуса горечи) смирение, ни мрачный юмор — ничего. Вскоре я видел очередного человека, которому повезло больше, чем мне, и мое и без того слишком подвижное, текучее сознание приходило в состояние лихорадочной активности — отчасти эта активность была посвящена поискам очередного способа отвлечься (что, впрочем, приводило к неизбежному появлению в моей жизни новой книги, статьи или песни, четко и красноречиво выражавших мои неоформившиеся мысли, и цикл повторялся снова), но определенная, наиболее жестокая часть моей натуры на всю катушку задействовала мою фантазию и составляла целые списки мучительных и в основном смертоносных событий, пережить которые я отчаянно желал очередному удачливому выскочке, хотя и отлично зная, что сам никогда не совершу никаких действий, могущих привести к таким событиям.


читать дальше

@темы: Ligotti, Fiction

22:46 

Возвращение блудного сына

Вселенная без меня уже не та... (с)
Сегодня с группой после долгого перерыва снова репетировала =)Estel(= :woopie:

21:00 

I'm going slightly mad

Вселенная без меня уже не та... (с)

@темы: Photo, Queen

12:03 

Лучшие перлы покойного бейсболиста Йоги Берра.

Вселенная без меня уже не та... (с)
О выборе ресторана: "Да никто туда больше не ходит, там слишком многолюдно".
Об экономике: "Пятачок уже и гривенника не стоит".
О команде 1973 года: "Мы были подавляющими аутсайдерами".
О зрителях: "Если люди не ходят на стадион, как их остановить?"
О плохом проценте отбитых мячей: "Спад? Да нет у меня никакого спада, я просто бью плохо".
О путешествиях: "Когда доберетесь до развилки, сворачивайте".
Об отдыхе перед игрой: "Я обычно дремлю два часа, с часу до четырех".
О тенях в левой части стадиона: "Там слишком рано становится поздно".
О фанатских письмах: "Никогда не отвечайте на анонимные письма".
На вопрос "Сколько времени": "Вы имеете в виду - сейчас?"
На тренировке: "Разбейтесь парами по трое".
О подходе к бейсболу: "Бейсбол - это на 90% ум. Остальная половина - физические навыки".
О смерти: "Всегда ходите на похороны других людей. Иначе они не придут на ваши".
Об обучении: "Можно многое заметить, наблюдая".
О своих перлах: "Я на самом деле не говорил ничего, что сказал".

@темы: Переводы, Смешное

13:19 

Этот мир такой мир (с)

Вселенная без меня уже не та... (с)
В США изобрели селфи-ложку.
Что дальше - селфи-фаллоимитатор? :lol:

10:50 

Вселенная без меня уже не та... (с)
Умение обращаться с цифрами, как и любое знание, приносит не только многие мудрости, но и многие печали.
Вот как вы считаете: "Ты уникум один на миллион" - это комплимент?
Для человека, для которого миллион - абстрактная огромная цифра, пожалуй, да.
А вот со статистической точки зрения это означает примерно следующее: "В мире еще около 7000 человек, обладающих схожими навыками или чертами характера, причем не менее 1000 из них родилось в заведомо лучших условиях и способны добиться того, к чему стремишься ты, приложив заметно меньшие усилия".
Если уж делать подобного рода "цифровые" комплименты, лучше начинайте с миллиарда. Или, еще лучше - с триллиона ;)

@темы: Random thoughts

12:50 

Рассказ

Вселенная без меня уже не та... (с)
Spread Your Wings

Сэмми Краун сидел на крыше высотного дома и смотрел в небо. Там красные и желтые цвета медленно, но верно уступали место синим и серым, а кое-где даже появлялись и первые звезды.
Впрочем, Сэмми смотрел куда-то вдаль, словно бы сквозь небо и звезды. Вечерние красоты его не трогали, а утреннее солнце он и вовсе не планировал увидеть.
Он долго раздумывал, но, какие аргументы сам себе ни приводил, решения они уже не изменили. Пришло время избавиться от существования, которое все равно больше напоминало смерть.
Сэмми включил маленький старомодный кассетный магнитофон на батарейках, и из колонок заиграла группа Queen.
- А я ведь верил тебе, Фредди, - вполголоса проговорил Сэмми. - Когда-то думал, что эта песня - обо мне. "Расправь свои крылья, улетай*"... Вот, сегодня я наконец улечу. Счастлив? Доволен**?
Фредди с кассеты, конечно, слышать его не мог и просто продолжал повествование:
"С самого детства ему не везло, ничего не доставалось легко. Теперь пришло время, он все решил: это, должно быть, мой последний шанс...*"
- Последний шанс, да? У меня не было даже первого шанса. Босс* оказался прав. Если жизнь мертва, ее уже невозможно оживить. Может быть, в твои времена и можно было, а вот сейчас уже нет. Даже жаль, что ты не дожил до этого времени и не увидел, как твоя воодушевляющая сказочка разваливается.
Сэмми встал и медленно направился к краю крыши. Он уже не обращал внимания ни на что вокруг, так что не услышал бы тихого скрипа двери на крышу, даже если бы музыка не играла.
Встав на самом краю, Сэмми решил в последний раз послушать гитарное соло Брайана Мэя. С последними аккордами он услышал - или ему показалось, что услышал? - чей-то тихий голос:
- Расправь свои маленькие крылья, ты ведь ангел***.
Эти слова вызвали странное, ни на что не похожее чувство облегчения и уверенности.
Сэмми расправил крылья.
И полетел.

* Цитаты из песни Spread Your Wings
** Цитата из песни Another One Bites The Dust
*** Цитата из песни March Of The Black Queen

@темы: Queen, Fiction

10:34 

Вселенная без меня уже не та... (с)
"Дело Ким Дэвис" в переложении на родные осины.
В России принимают закон, разрешающий мусульманам иметь нескольких жен (предположим для простоты, что соответствующие процедуры учета и контроля религиозной принадлежности тоже разработали и с успехом внедрили).
В глубинке, допустим, Республики Крым в районный загс, обслуживающий кучу окрестных деревень, пришел крымский татарин Ахмедов, чтобы расписаться со второй женой Зульфией. Главный специалист Иванов, ссылаясь на то, что он глубоко верующий православный, отказался ставить свою подпись под документом, противоречащим его религиозным убеждениям, запретил делать это всем своим подчиненным, а потом и вовсе объявил, что "в этом отделении загса свидетельства о браке больше не выдаются". Ахмедов, а также собравшиеся расписываться в этот же день граждане Петровский, Сидоренко и Козлов шутки не оценили и подали коллективную жалобу на действия главного специалиста Иванова.
Правда, дальше истории перестают быть аналогичными, потому что у нас "специалист загса" - должность не выборная, и с нее за неисполнение обязанностей можно просто уволить (как недавно уволили из американской авиакомпании стюардессу, которая, ссылаясь на то, что мусульманка, отказалась разносить пассажирам алкогольные напитки). А вот Дэвис, которую на должность избрали, отказалась и увольняться (потому что тогда лишится "возможности и дальше распространять слово Божие"), и исполнять решение суда, по которому ее обязали выполнить свои прямые обязанности и подписать свидетельства о браке двум гетеросексуальным и двум гомосексуальным семьям, которым она отказала. За неисполнение решения суда ее и посадили, причем посадил ее судья-католик, ссылаясь на то, что она прямо нарушает Первую поправку, навязывая на государственной должности свои религиозные взгляды.

@темы: Politix Schmolitix

21:21 

I'm Going Slightly Mad

Вселенная без меня уже не та... (с)

@темы: Queen

16:01 

Вселенная без меня уже не та... (с)
Я знаю, на что употребить энергию религиозных активистов.
Нужно воссоздать Инквизицию.
Нет, я не шучу. И нет, эта Инквизиция будет заниматься не сожжением ведьм на костре.
Слишком, слишком многие из нас являются носителями крайне примитивного религиозного мышления. Вместе с верой в единого Бога, которая, как ни крути, является следующим этапом развития личности и цивилизации, они до сих пор верят во всякие там миры духов, целителей, гадалок и тому прочее. Целители и гадалки этим беззастенчиво пользуются; наиболее удачливые из них облапошивают клиентов на пяти- и шестизначные суммы в мировой резервной валюте, предлагая услуги вплоть до воскрешения мертвых и реинкарнации клиента в другом теле.
Вот этими субъектами пусть Инквизиция и занимается. И с чем большей изощренностью, тем лучше.
Для начала, например, можно донельзя забюрократизировать процесс. Обязать всех экстрасенсов и приравненных к ним лиц получать лицензии на предоставление оккультных услуг. Чтобы получить лицензию, нужно под видеозапись доказать комиссии, состоящей из священнослужителей и ученых (вот, заодно еще получится конструктивный союз религии и науки), что действительно владеешь неким навыком - предоставить парочку успешно исцеленных, воскрешенных или реинкарнированных, ну, или наколдовать что-нибудь в присутствии комиссии. Не прошел тест - не будет лицензии.
Если вдруг кто-то сумеет без взятки пройти такую комиссию (в чем я почему-то сильно сомневаюсь), то официально добавить экстрасенсов в реестр профессий, разработать тарифную сетку, открыть в вузах и ПТУ курсы подготовки и прочее подобное. И бить по башке тех, кто берет слишком много.
Ну а теми, кто станет оказывать экстрасенсорные, так сказать, услуги без лицензии, как раз займутся инквизиторы, ну, или оккультные отделы полиции, как их там назовут, неважно. Потребовал деньги за посредничество с заведомо несуществующими "духами" или всяким прочим "атсралом" - добро пожаловать на нары. Или к позорному столбу, например, как раз у казаков нагайки без дела лежат...

08:57 

Обожемоймозг

Вселенная без меня уже не та... (с)
Гадалка из Манхэттена стоила ему целого состояния

Все знают: когда мужчина любит женщину, он не может думать ни о чем другом. Он потратит последнюю копейку. Пожертвует всяким комфортом. Будет спать под дождем.
С 32-летним жителем Бруклина случилось все это и многое, многое другое за время его попыток воссоединиться с женщиной, которую любил. Ничто не могло его остановить.
Ни злые духи из другого мира, преследующие его.
Ни грехи прошлых жизней.
Ни банкротство.
Ни даже смерть.
В борьбе у него был верный союзник - гадалка, которая денно и нощно сражалась со злыми духами в своей конторе на Таймс-Сквере; в прошлом месяце [мае] по его обвинениям полиция ее арестовала. Гадалка, 26-летняя Присцилла Келли Дельмаро, за 20 месяцев выжала его досуха.
Но даже нью-йоркцы, которым уже не раз приходилось качать головой, услышав о гадалках-мошенницах - нет, ну серьезно, кто мог на такое повестись? - наверняка удивятся поразительно творческому подходу, проявленному в этом случае, размерам выплат, сделанных жертвой, и практически необъяснимой доверчивости, которая понадобилась, чтобы до такого докатиться.
Он платил даже после того, как большинство людей хоть что-нибудь, да заподозрили - постоянные требования купить особые кристаллы, машину времени, 80-мильный мост из золота, портал для реинкарнации... Он платил, пока не оказался в собственной мрачной версии фильма "Призрак".
Житель Ист-Уильямсберга, чье имя в судебных документах не называют (для удобства назовем его Джоном), рассказал свою историю в письменном заявлении, составленном при помощи Боба Нейгарда, частного детектива, и в прошлом месяце представленного в полицейский участок "Мидтаун-Саут".
Летом 2013 года Джон пребывал в меланхолии. У него была хорошая работа в маркетинге с офисом в Нью-Йорке, его связи все расширялись. Но в Аризоне он познакомился с женщиной по имени Мишель. Он влюбился. Она - нет. "Девушка не хотела быть со мной, и она очень четко дала это понять", - написал он в заявлении.
24 августа 2013 года Джон шел по Уильямсбергскому мосту и оказался у дома 253 по Западной 43-й улице. На неоновой вывеске было написано "Гадалка".
Мисс Дельмаро поприветствовала его и заверила, что они с Мишель - "два огня", но негатив держит их порознь. "Духи говорят со мной", - сказала она, но за разговоры с духами пришлось платить. Он заплатил 2500 долларов, а на второй визит - еще 9000.
Через месяц, в сентябре, мисс Дельмаро сообщила, что ей нужны алмазы, чтобы защитить его энергию. Джон заплатил 40 064 доллара за кольцо от Тиффани и отдал его мисс Дельмаро, которая обещала, что когда-нибудь он использует это кольцо в качестве обручального.
Мишель жила в Лос-Анджелесе. "Езжай к ней", - сказала мисс Дельмаро.
Он поехал. И написал Мишель sms. "Я на яхте, - ответила она, - но давай завтра увидимся".
"Я был в экстазе", - написал он. Они встретились, поговорили, даже составили планы на вечер. Но потом она отказалась.
"Ей показалось, что я странно себя веду", - написал Джон.
Мисс Дельмаро сказала, что его проблемы - из-за духа, который его преследует. Ей потребовалось 28 000 долларов, потом - еще 28 000. Мишель настолько резко к нему охладела, подумал Джон, что объяснение гадалки, скорее всего, верно, так что он заплатил.
Через месяц мисс Дельмаро предложила исполнить ложный похоронный ритуал, чтобы дух подумал, что Джон умер. Еще 40 000 долларов.
Когда это не сработало, мисс Дельмаро заявила, что ей нужна машина времени, чтобы вернуться в прошлое и загладить его грехи. Когда Джон запротестовал, она сказала, что в качестве машины времени сойдут часы, и дала ему список. Он выбрал одни из самых дешевых - "Ролекс" из розового золота за 30 000 долларов.
В декабре мисс Дельмаро сказала, что нужно заманить духа на золотой мост в другой мир, где он попадет в ловушку. Она сказала, что за 80 000 долларов можно купить мост длиной 80 миль.
Продано.
Стоит отметить, что мисс Дельмаро обещала вернуть большую часть денег после того, как работа будет окончена. К концу года счет за услуги достиг более 320 000 долларов.
Дух зашел на мост, но "шел по нему довольно медленно", - написал Джон. Затем мисс Дельмаро сказала, что понадобится второй мост, для духа Мишель, причем на 10 миль длиннее первого.
"Я подумал: у меня все равно деньги лежат в банке мертвым грузом", - написал Джон. И заплатил еще 90 000 долларов.
А затем его ждало жуткое открытие. 17 февраля 2014 года он открыл страницу Мишель на Facebook и прочитал последний пост.
Мишель умерла. Девять дней назад.
(Мистер Нейгард сказал, что причина смерти - возможно, передозировка наркотиков.)
Убитый горем Джон рассказал все мисс Дельмаро. Она повернулась на каблуках. "Я же говорила тебе, что в ней живут злые духи, - сказала она. - Они убили ее".
"Затем Дельмаро сказала мне, что оживит Мишель", - написал Джон. Новая Мишель будет "не точно такой же", как старая, но ее дух попадет в тело 31-летней женщины.
Прошел год и еще немало выплат. Мисс Дельмаро заявила, что ей приходится столько работать ради него, что у нее нет времени предсказывать судьбы другим, и она не может расплатиться за аренду помещения. Он присылал ей деньги - даже одолжил 28 000 долларов у сотрудника в счет будущих зарплат, - но в конце концов деньги кончились.
"Я банкрот", - сказал он мисс Дельмаро, продав машину и одолжив деньги не только у сотрудников, но еще и у друзей и родственников.
"Новая Мишель живет в Лос-Анджелесе, - сказала она. - Иди и найди ее".
Он встретился с женщиной из Калифорнии, которая, по словам мисс Дельмаро, стала новой Мишель. Но ей было 24 года, а не 31, да и Мишель внутри как-то не наблюдалось.
Ему пришлось продать квартиру. После этого Джону наконец-то надоело, и он вернулся в Нью-Йорк. Он обратился к мистеру Нейгарду, и они отправились в полицию. Полицейским предоставили банковские выписки: он потратил 713 975 долларов.
Мисс Дельмаро и ее компаньона, 27-летнего Бобби Эванса, арестовали 26 мая в ресторане в Манхэттене. Их обвинили в краже в особо крупных размерах и посадили в тюрьму.
Их адвокат Джеффри Цилковски отрицает все обвинения Джона.
Джон вспоминает разочарование от встречи с новой Мишель. "После этого я задумался, действительно ли Дельмаро может делать все, о чем рассказала".

@темы: Переводы

11:45 

Первый раз в первый класс, да

Вселенная без меня уже не та... (с)

@темы: Baby girl

11:43 

Вселенная без меня уже не та... (с)
Несколько цитат из великолепной статьи в The Atlantic (той самой "умной статьи", которую я анонсировал; может, потом выложу ее и целиком, но там 12 страниц в Ворде). Вот откуда растут всякие "оскорбления чувств верующих" и прочее, и прочее.
Всех касается (с).

"Политкорректное движение тоже стремилось ограничить свободу слова (в частности, речей, выражающих ненависть к маргинализированным группам населения), но, кроме этого, оно еще и бросало вызов литературным, философским и историческим канонам, стремясь расширить их, включив более разнообразные точки зрения. Нынешнее же движение озабочено эмоциональным благополучием. Более того, оно по умолчанию предполагает, что психика студентов крайне хрупка, и их нужно защищать от психологического урона. Главной целью, похоже, является превратить кампусы в «безопасное пространство», где молодых взрослых защищают от слов и идей, которые могут вызвать у них дискомфорт. Кроме того, это движение стремится наказать любого, кто мешает ему достичь этой цели — даже случайно. Это стремление можно назвать карательным покровительством. Движение создает культуру, где каждый должен десять раз подумать, прежде чем что-нибудь сказать, чтобы его после этого не обвинили в бесчувственности, агрессии, а то и еще в чем-нибудь похуже".

"Чему именно учатся студенты, проводя четыре года (или даже больше) в замкнутом сообществе, которое наказывает за неумышленные оскорбления, вешает таблички с предупреждениями на произведения классической литературы и в целом внушает им идею, что слова могут быть формой насилия, которое требует строгого контроля со стороны руководителей кампуса — от которых, в свою очередь, ждут, что они одновременно должны служить и покровителями, и карателями?"

"Само детство за время жизни предыдущего поколения очень сильно изменилось. Многие бэби-бумеры и дети поколения Х еще помнят, как разъезжали на велосипедах по родным городам без всякого присмотра взрослых, когда им было 8 — 9 лет. Считалось, что после школы дети должны занимать себя сами, набивать себе шишки и в общем и целом набираться опыта. Но вот к 80-м годам детство «на свободном выгуле» постепенно исчезло. Рост преступности с 60-х вплоть до начала 90-х сделал родителей — бэби-бумеров намного боязливее, чем были их родители. В новостях все чаще стали рассказывать о похищениях детей, а с 1984 года фотографии похищенных детей стали печатать на пакетах с молоком. В ответ многие родители начали закручивать гайки под предлогом безопасности детей.
Бегство к безопасности началось и в школах. С детских площадок убрали опасные предметы, из студенческих обедов — арахисовое масло. После стрельбы, случившейся в 1999 году в колорадской школе «Колумбайн», многие школы объявили настоящую войну хулиганам, запугивающим более слабых школьников. В общем, дети, рожденные после 1980 года - «миллениалы» - последовательно получали от взрослых послание такого плана: жизнь опасна, но взрослые сделают все, что в их силах, чтобы защитить вас от беды — не только от незнакомцев, но и друг от друга".

"Республиканцы и демократы никогда особо друг друга не любили, но данные опросов, проводившихся еще с 70-х, говорят о том, что в среднем их взаимная нелюбовь была на удивление не слишком сильной. Впрочем, с 2000 года негативные чувства все нарастают. Политологи называют этот процесс «аффективной партийной поляризацией», а это серьезная проблема для любой демократии. Если обе стороны все активнее демонизируют друг дружку, то достичь компромисса очень трудно. Недавнее исследование показало, что имплицитная или бессознательная предвзятость к «вражеской» партии сейчас стала едва ли не такой же сильной, как расовая".

"Принцип моральной психологии гласит: «Мораль связывает и ослепляет». Когда мы выносим моральные суждения, отчасти мы заявляем о том, что верны своей «команде». Но это может помешать нашему критическому мышлению. Признать, что мнение противоположной команды имеет хоть какие-то достоинства, опасно — товарищи по команде могут посчитать вас предателем".

"Заявление, что чьи-то слова «оскорбительны» - это не просто выражение собственного субъективного чувства оскорбленности. Это скорее публичное обвинение говорящего в том, что он сделал нечто объективно плохое. Это требование, чтобы говорящий извинился под угрозой наказания от каких-либо властей за свое «преступление»".

"...спрашивать, насколько обоснованны (и уж тем более насколько искренни) чьи-то чувства, считается недопустимым, особенно если они связаны с групповой идентичностью. Шаткий аргумент «Я оскорблен» превращается в неубиваемую козырную карту. Это приводит, по словам Джонатана Рауха, одного из редакторов The Atlantic, к так называемой «лотерее оскорбленности», в которой противоборствующие стороны лупят друг друга заявлениями «ты меня оскорбил», словно дубинками. А в процессе планка «недопустимости» слов все опускается и опускается".

"До недавнего времени отдел гражданских прав Министерства образования США признавал, что слова должны быть «объективно оскорбительны», прежде чем их можно будет посчитать составом сексуального домогательства — они должны пройти тест «благоразумного человека». Для запрещения, как говорилось в заявлении отдела от 2003 года, требуется, чтобы слова были «не просто выражением взглядов, слов, символов или мыслей, которые кажутся оскорбительными какому-либо человеку».
Но в 2013 году министерства юстиции и образования значительно расширили определение сексуального домогательства, включив в него и слова, которые можно счесть просто «неприятными». Боясь федеральных расследований, университеты теперь применяют тот же стандарт — считать «неприятные» слова харассментом — не только к сексу, но и к расе, религиям и ветеранам войны. Все должны полагаться на собственные субъективные чувства, чтобы решать, являются ли слова профессора или другого студента «неприятными» - то есть можно ли на их основе подать жалобу на харассмент. Эмоциональные рассуждения теперь рассматриваются в качестве полноценных доказательств".

"Люди приобретают страхи не только на собственном опыте, но и через общество. Если все вокруг ведут себя так, словно что-то представляет большую опасность — лифты, определенные кварталы, романы, где рассказывают о расизме, - то вы рискуете тоже приобрести этот страх".

"Недавно возникшая в университетской среде тенденция повсюду выискивать якобы расистские, сексистские, классистские и прочие дискриминационные микроагрессии не случайно учит студентов сосредотачиваться на мелочах и случайностях. Сама ее цель состоит в том, чтобы заставить студентов сосредоточиться на них, а затем повесить на людей, высказавшихся как-то «не так», ярлык агрессоров.
Термин микроагрессия придумали в 70-х годах; поначалу он означал малозаметные, зачастую бессознательные расистские оскорбления. В последние годы, впрочем, определение расширилось: теперь микроагрессия — это любое высказывание, которое можно счесть дискриминационным по практически любому признаку".

"...умные люди тоже могут избыточно реагировать на невинные слова, делать из мухи слона и стремиться наказать кого угодно, чьи слова могут доставить дискомфорт кому-либо еще".

"Если студенты, получив диплом, будут верить, что не могут ничему научиться у людей, которые им не нравятся или с которыми они не согласны, то мы окажем им огромную медвежью услугу".

"Когда идеи, ценности и речи другой стороны считаются не просто неверными, но и умышленно агрессивными по отношению к невинным жертвам, трудно представить, откуда возьмутся взаимоуважение, переговоры и компромиссы, благодаря которым политика превращается в игру с положительной суммой".

@темы: Politix Schmolitix, Переводы

11:43 

Вселенная без меня уже не та... (с)
Прочитал умную статью (анонсирую тут, в дайре, "на попозже", ибо реально важные вещи). Понял, что та фигня, которой я лет десять занимаюсь, называется "когнитивная бихевиоральная терапия", и я ее сам для себя переоткрыл :lol:

@темы: Random thoughts

10:30 

Век живи - век учись :))))

Вселенная без меня уже не та... (с)
В "Ромео и Джульетте" нет балкона
Шекспир даже не знал, что такое балкон - откуда же он взялся в одной из самых знаменитых его сцен?

Возможно, это самая знаменитая сцена всей английской литературы: Джульетта стоит на балконе, а Ромео - внизу в саду, несчастные влюбленные, встретившиеся под луной. Ее все знают как "сцену на балконе", там находятся наиболее цитируемые строчки "Ромео и Джульетты", причем они настолько сильно ассоциируются с балконом, что их любят цитировать (зачастую неправильно и неуместным пафосным тоном) никак не связанные с актерством люди, оказавшиеся на балконе, веранде или крыльце. Проблема со всем этим лишь одна: никакой сцены на балконе в "Ромео и Джульетте" нет.
Слова "балкон" вообще нет в пьесе Шекспира. Более того, Шекспир вообще не знал, что такое балкон. Балконов не было не только в "Ромео и Джульетте", но и во всей шекспировской Англии.
Этот странный факт - отсутствие балкона в "Ромео и Джульетте" - может подтвердить любой, кто снова перечитает шекспировскую пьесу (признайтесь, лишь очень немногие читали ее снова после школы). Сложнее понять, как несуществующий балкон превратился в настолько неотъемлемую часть "Ромео и Джульетты", что постановку без балкона просто невозможно себе представить. Но, отслеживая эволюцию сцены на балконе в последние четыре столетия, видно, что даже в случае с Шекспиром аудиторию по большей части интересует не оригинальный текст, а адаптации и ревизии, привлекательные для современной эпохи.
По данным Оксфордского словаря английского языка, слово balcone (писалось оно тогда именно так) впервые было использовано в английском языке в 1618 году, через два года после смерти Шекспира. Даже сама идея балкона современникам Шекспира была абсолютно чужда. В 1611 году, более чем через пятнадцать лет после первой постановки "Ромео и Джульетты", англичанин Том Кориат опубликовал рассказ о своей поездке в континентальную Европу в 1608 году. Его книга с убойным названием "Грубость Кориата: поспешно поглощенные за пять месяцев путешествия по Франции, Савою, Италии, Ретии, чаще называемой страной Гризон, Гельветии, также известной как Швейцария, некоторым частям Верхней Германии и Нидерландам, свежепереваренные в голодном воздухе Одкомба, что в графстве Сомерсет, и поданные как пища для ума путешествующих граждан сего королевства" показывает, насколько экзотичны и неизвестны, как он считал, посещенные им страны для английских читателей. В Италии, о которой речь идет во многих пьесах Шекспира, внимание Кориата особенно привлекла одна архитектурная особенность, которую он, впрочем, словом "балкон" не назвал:
"Я еще кое-что заметил в этих венецианских палаццо... и вещью сей весьма мало пользуются в других странах, что видел я во время путешествия - только в Венеции и других италийских городах. Немного выше середины передней части здания, или... чуть ниже вершины передней части, напротив окон, есть у них очень красивая маленькая терраса, выступающая или выдающаяся из главного здания; край ее украшен маленькими колоннами, либо из мрамора, либо из песчаника, на которые можно опираться. Подобные террасы или маленькие галереи удовольствия... предназначены лишь для того, чтобы люди могли с этого места наслаждаться прекраснейшими видами городов, оттуда открывающимися".
Англичанам XVII века описание Кориата, должно быть, казалось чем-то едва ли не постыдным, ибо тела, выходящие в эти выступающие или выдающиеся "галереи удовольствия", не только смотрели на город - город тоже мог смотреть на них. Другой англичанин, Генри Уоттон, написал в своем трактате 1624 года "Основы архитектуры": "нет домов, менее способствующих уединению", чем у итальянцев. Так что странность этой архитектурной находки символизировала собою более глобальные национальные и культурные различия: шекспировская Англия была слишком холодной для подобных архитектурных инноваций, как с точки зрения климата (она переживала малый ледниковый период), так и, возможно, с точки зрения социального и сексуального темперамента.
Так как же образ балкона, наполненный культурным символизмом, превратился в настолько неотъемлемую часть "Ромео и Джульетты", что даже служит теперь для пьесы визуальной синекдохой?
Сцена из спектакля, чаще всего ассоциирующаяся с Шекспиром, на самом деле принадлежит совершенно другому драматургу, Томасу Отвею. Сейчас Отвей малоизвестен, но он может послужить хорошим напоминанием о том, что даже знаменитый драматург и очень популярные пьесы могут лишиться благосклонности широкой публики - именно так произошло с Шекспиром, и, в частности, с "Ромео и Джульеттой", которую в течение целого века ставили очень редко. В 1642 году пуританский парламент, воевавший с королем Карлом I, закрыл лондонские театры. После возвращения на трон Карла II в 1660 году театры снова открыли, и пьесы Шекспира снова начали ставить - в том числе и "Ромео и Джульетту", постановку которой возобновили в 1662 году. Но намного популярнее оказалась пьеса Отвея "История и падение Гая Мария" (1679), в которой диалоги, персонажи и сюжет "Ромео и Джульетты" перенесены в исторические реалии военной и политической борьбы в Древнем Риме, адаптированные из Плутарха. Сам Шекспир тоже нередко заимствовал из самых разных источников, но вот Отвей, например, целиком и почти без изменений забрал знаменитый монолог; его юная героиня Лавиния вопрошает: "О, Марий, Марий! почему же ты Марий?" Современной аудитории это может показаться плагиатом на уровне святотатства.
Но в течение большей части XVII и XVIII веков зрителей совершенно не шокировало, когда они слышали из уст Лавинии и Мария слова, которые, как мы сейчас считаем, "принадлежат" Ромео и Джульетте. В ту эпоху пьеса Отвея была известна намного больше, чем пьеса Шекспира. В 1701 - 1735 годах "Гая Мария" ставили в Лондоне более 30 раз, а "Ромео и Джульетту" - ни разу. В школах Шекспира не проходили, а печатные издания пьесы были сравнительно редки - и дороги. Нынешнее восприятие Шекспира и, в частности, "Ромео и Джульетты" как важнейшего культурного капитала Англии - плод усилий, предпринятых лишь в середине XVIII века; актер, режиссер, управляющий театром и адаптатор Шекспира Дэвид Гаррик занялся этим в том числе и ради собственной славы и известности.
И, оказывается, сцена, которая многим кажется квинтэссенцией "Ромео и Джульетты", на самом деле принадлежит Отвею, у которого в описании диалога между возлюбленными явно говорится, что Лавиния стоит "на балконе", а Марий - внизу в саду. Гаррик позаимствовал сцену с балконом для своей постановки "Ромео и Джульетты" в лондонском театре "Друри-Лейн" вместе с другой инновацией Отвея (ее в недавнее время снова воскресил Баз Лурман): он дал возлюбленным еще одну последнюю совместную сцену после того, как действие мнимого яда, принятого Лавинией/Джульеттой, уже прошло, а действие настоящего яда, принятого Марием/Ромео, еще не началось.
Спрангер Барри, игравший Ромео в постановке Гаррика, покинул "Друри-Лейн" и перешел в конкурирующий театр "Ковент-Гарден", где стал играть в конкурирующей постановке "Ромео и Джульетты"; именно эту постановку обессмертили в популярной гравюре, и именно эта гравюра популяризировала "сцену на балконе". После этого образ Джульетты на балконе и Ромео внизу, в саду, стал жить своей, вечной жизнью. В Интернете можно найти тысячи пародий на эту сцену - с младенцами, кошками, собаками, фигурками "Лего", даже кусочками фруктов. Полмиллиона туристов, каждый год посещающих Верону, могут даже сами разыграть эту сцену на псевдобалконе, который был построен путем прикрепления старого саркофага на фасад здания, которому в начале XX века дали сомнительное название "Каса ди Джульетта" ("Дом Джульетты") - именно для того, чтобы толпы туристов смогли "аутентично" пережить события пьесы.
Я не говорю, что зрители должны осудить культурный процесс адаптации, заимствования и ревизии, благодаря которому образовался культ балкона. На самом деле я и сама беззастенчиво адаптирую Шекспира. Пару лет назад я перечитала "Ромео и Джульетту" (и впервые заметила, что там нет балкона), потому что писала роман "Кормилица Джульетты". В этой истории описаны 14 лет, прошедших до событий пьесы, от лица одного из самых запоминающихся шекспировских второстепенных персонажей. Будучи романистом, я поняла то, что уже давно знают актеры и режиссеры: адаптация - это не поругание некоей неизменной сущности произведений Шекспира, а важнейшая и неотъемлемая часть нашего восприятия его работ.
Любая постановка спектакля требует бесчисленного множества интерпретаций и ревизий. Даже один и тот же актер может по-разному произносить один и тот же текст. Постановка любой сцены - особенно сцены из Шекспира, который практически не писал сценических ремарок, - требует принятия решений, выходящих далеко за пределы текста. Поскольку поначалу пьесы Шекспира шли только в театре и не издавались, можно спокойно предположить, что версии, известные нам, заметно отличаются от тех, что он писал первоначально. Более того, труппы, исполняющие пьесы Шекспира, сейчас сначала должны решить, какую же из многих "официальных", но противоречащих друг другу версий они хотят поставить. Даже после этого режиссеры часто меняют или вовсе выбрасывают некоторые фразы из своих постановок. Все эти интерпретации многое говорят о контексте, в котором они создавались.
Учитывая, насколько глубоко несуществующий балкон въелся в нашу коллективную культурную память, будет полезно рассмотреть эффект, оказываемый этой прожившей уже не одно столетие ревизией, которой все восхищаются. Почему зрителям больше нравится видеть Джульетту, стоящую во время разговора с Ромео на балконе, а не у окна, как ее первоначально "поставил" Шекспир?
Окна в Италии XIV века, где происходит действие "Ромео и Джульетты", играли свою важную роль. В ту эпоху дочери в богатых семьях очень ценились, потому что их можно было выдать замуж ради полезных политических, деловых и социальных союзов. Чтобы защищать и рекламировать свои "дочерние активы", семьи в средневековой Италии резко ограничивали незамужних девушек в передвижениях (обычно начиная с 12 лет): бывало, что их выпускали из дома только в церковь. Эти женщины проводили почти все время дома за шитьем, обычно сидя возле высокого окна; через окно в комнату попадал свет, помогавший работать, но, кроме того, через окно были и видны городские улицы, на которые богатой девушке или женщине было попасть практически нереально. Окно символизировало огромную разницу между "внутри" и "снаружи"; Джульетта говорит: "Впусти же день, окно, и жизнь мою ты выпусти отсюда".
Эта фраза звучит зловеще и сама по себе. Но балкон, на котором сейчас зрители обычно видят Джульетту, делает то, что не может сделать окно. Он и в буквальном, и в метафорическом смысле является пороговым пространством, местом в доме, которое не замкнуто, а наоборот, позволяет очень эротично выставить себя напоказ. Вспомните косвенные сексуальные намеки в английских трактатах по архитектуре. Уже в 1633 году, когда мода на балконы все же добралась до Англии, их стали считать "сексуальной витриной" для английских женщин; это иллюстрирует, например, еще одна забытая пьеса забытого драматурга. В "Ковент-Гардене" Томаса Нэббса два персонажа обсуждают строительный бум в Лондоне в таких рискованных выражениях, что эротический подтекст пропустить практически невозможно:
"Артлав: Госпожа Тонгалл, вы наслаждаетесь новыми постройками (erections; к сожалению, эта игра слов на русский непереводима).
Тонгалл: Хорошие постройки (erections) приятны... Как вам нравятся балконы? Они очень выгодно подчеркивают облик леди, когда та выставляет себя на обозрение прохожим".
Кому не понравится балкон, если это идеальное место для леди, чтобы любоваться (и, возможно, даже вдохновлять) такими замечательными эрекциями?
Неудивительно, что балкон стал самым популярным символом пьесы Шекспира. Послушная дочь должна сидеть взаперти в отцовском доме, но молодая женщина, выходящая на балкон, выражает свою желанность и свои собственные желания. Окно впускает свет, а вот балкон выпускает Джульетту наружу и приглашает Ромео внутрь. Во многих постановках и экранизациях "Ромео и Джульетты" Ромео влезает на балкон - архитектурное завоевание, предвосхищающее сексуальное завоевание, после которого оба влюбленных погибнут.
Возможно, именно поэтому балкон стал так популярен, несмотря на отсутствие в исходной пьесе Шекспира. Я, конечно, в "Кормилице Джульетты" о балконе ни словом не обмолвилась (мой литагент хотел поместить изображение балкона на обложку, чтобы потенциальные читатели "сразу поняли, о чем книга"), но с удовольствием отстояла в очереди, чтобы сфотографироваться на бывшем саркофаге, а ныне - балконе на "Каса ди Джульетта". Когда речь заходит о "Ромео и Джульетте", зрители больше всего хотят видеть - или стать - Джульеттой на балконе, выходящей из-под защиты отцовского дома и показывающей тем самым свое желание - и к черту последствия. Фокусируясь только на балконе, аудитория остается в этом радостном моменте, отрицая грядущую трагедию и смерть.
Сцена на балконе, какой она осталась в нашей ложной памяти, романтична, сексуально заряжена и прочно вошла в нашу культуру - так ли важно, что Шекспир такого варианта постановки в принципе не мог рассматривать, если долгие столетия ревизий сделали ее именно такой, какой хочет аудитория?

@темы: Переводы

16:26 

Вселенная без меня уже не та... (с)
Подумаешь вот так, что завтра ребенок в последний раз в жизни пойдет в садик, и ужаснешься.

Loony and Spectral

главная